Об междисциплинарность и эпистемологический вызов

Существует и множество дисциплин или практик, и множество философских оснований, на которых дисциплины/практики строятся. В отношении проблем сознания в европейской науке таких платформ как минимум три:
— эмерджентизм-физикализм (сознание сводимо к объективно фиксируемым физическим состояниям)
— дуализм-антифизикализм (сознание логически не супервентно физическому миру)
— функционализм (сознание функционально абстрагируемо, а сводимо или нет — добавьте по вкусу)
Есть ещё версии панпсихизма, но это скорее маргинальное. И есть множество эзотерик, которые крайне популярны, но не в науке.

Споры между представителями этих направлений плодотворны, но работают в вытесняющем режиме: или так, или так. С узкодисциплинарными описаниями в рамках традиционной материалистичной науки ситуация схожая, только в том смысле, что сведение описаний (субатомная физика, биохимия, антропология, социология) на одной платформе практически нереализуемо. Каждая дисциплина имеет свою онтологию, и даже гносеология/эпистемология, которая претендует на такую платформу, всего лишь вводит ещё одну, только уже для реконструкции всего процесса познания (а точнее — некоторой избранной части, которую можно затолкать в философский язык).

Когда я говорю о некой единой платформе, я ни в коей мере не собираюсь ставить что-то ещё в этот ряд. Мотив к созданию одной платформы тот же, что и у фундаменталистских верующих, инквизиторов или апологетов какого-то отдельного подхода в науке (хоть они его и не осознают): голова у человека маленький, а знание — большой. Для рацио переключение между онтологиями (системами описания, концептуальными схемами мира), или оперирование, обучение многим — чрезвычайно затратное занятие. Переключение между эпистемами (системами принципов и элементов построения онтологий) — это почти жизненный подвиг. В ситуации достаточно высокого разнообразия в современном мире и того, и другого, одна голова вынуждена с этим разнообразием сталкиваться, и тут выбор — отбрасывать его, или как-то пытаться вмещать. А вмещение означает так или иначе интеграцию и неизбежную редукцию разнообразия.

Плюрализм прекрасен для генерации разнообразия. Но для устойчивой практики необходимо сведение этого разнообразия к единственной эпистеме, онтологии, онтике и сообразным сенсорно-моторным программам, чтобы в конце концов в конкретном прагматическом контексте мы видели одни и те же объекты для одного согласованного действия и тем могли кооперировать. Это приводит нас к болезненному противоречию: как не потерять богатство многих дисциплин, имея в руках только голову с местом, по большому счёту, для одной операционной системы.

Философы находятся в поиске «фундаментальной теории», что в физике, что в философии сознания. Однако, вариант с одной суперской онтологией не прокатывает, как уже видно всем, кто смотрит по сторонам. Upper ontology, построенные в рамках того же эпистемологического базиса — это мёртвому припарки.

Но у нас есть старый добрый приём: когда со всех сторон стена, нужно прыгнуть через стену. В нашем случае — выпрыгнуть из управляемых до оскомины конкурирующих онтологий (конструктивизм) в управляемую эпистемологию, то бишь двигать обобщение не в сторону наращивания инвентаря концептов и их генерализации, а в сторону оптимизации механизмов их конструирования и уже генерализации параметров порядка, концептуальных схем и их архитектурных паттернов, как эпистемологических единиц. Не рыбу ловить, а удочки чинить.

И тут мы приходим к интересному моменту, который большинству людей даётся очень сложно. Наше текущее мышление, речь, структура, опыт и процедуры коммуникации выстроены в объектно-ориентированном ключе, вокруг идентификации, транспорта и рефлексии объектов и рефлексии концептов: онтик, онтологий и метаонтологий. У нас нет сколь-нибудь качественного протокола обмена эпистемическими единицами, кроме как через редукцию их к онтологическим, например, в форме текста, такого как этот самый. И потому, разводить эти два модуса мышления очень сложно, получается каша, выходить из которой у многих ещё и нет ни желания, ни возможности. Не то чтобы этот канал полностью отсутствует, но понимать или сознательно пользоваться мы им можем плохо — нет аппарата. Как хуторяне могут обмениваться суждениями про постмодернизм.

В настоящее время, это непреодолимое ограничение, которое можно лишь а) осознать и определить; б) разрабатывать промежуточные механики; в) целиться в новую способность и новую мыслительную и коммуникативную систему, необходимо построенную на киберфизических, кибербиологических и чёрти ещё каких принципах.

Это должно дать компактный аппарат уже не для тупого наращивания количества используемых онтологий и переключения между ними, но в первую очередь для снижения стоимости переключения между эпистемами, как объёмов несводимых друг к другу онтологий, при удержании, кто критически важно, устойчивости когнитивного агента в индивидуальной деятельности и группы агентов — в коммуникации.

https://www.facebook.com/yehor.churilov/posts/1952989368257828 + комментарии

Читайте также:

комментария 2

  1. Шайтан Акбар:

    Дык, магчыма, Бахціяраў якраз прапануе новую мысленчую і камунікатыўную сістэму? Над мовай, над формамі, над часам.

Добавить комментарий