Управление неизвестным неизвестным

2026 Управление неизвестным неизвестным

На семинаре μΣ-лаборатории коллега представлял опыт и подходы своей компании к рыночному прогнозированию. Сейчас, помимо традиционных математических моделей, клиодинамики и агентного моделирования (agent-based modeling), активно применяются большие языковые модели. Конвейеры из цепочек преобразований, «колоды» предметных моделей и интерпретативные шлюзы на внутренних и внешних границах создают гетерогенную среду с большим количеством метапараметров и множеством точек интерпретативного дрейфа. Мы поработали над применением метастемологических интуиций и подходов там, где от них и ожидается эффект: в повышении эпистемической управляемости этой мультидисциплинарной конструкции.

Один из ярких эпизодов дискуссии развернулся вокруг проблемы управления «неизвестным неизвестным». Выстроенный прогнозный конвейер может относительно успешно справляться с генерацией и оценкой альтернатив внутри заданного сценарного пространства, но характерная особенность ныншнего времени в том, что вариативность должна быть неким образом расширена для более широкого охвата, чтобы хоть как-то оставаться релевантной. Тут были обозначены не столько технические сложности, сколько проблемы адекватной рабочей и масштабируемой концептуализации.

Метастемическая модель

В состав метастемологии входит несколько теорий и моделей. Одна из ключевых — опорная метастемическая архитектура (ОМА). В терминах бутстрапа «метастемию» можно кратко определить как процесс исполнения знания, а ОМА — как абстрактную технологически независимую архитектуру, реализующую этот процесс. В моём нынешнем представлении ОМА реализуется через гиперграф особой импульсной сети — импульсный коннектом. «Стема» — холон в этой сети, то есть позиция или окрестность графа, элементарный модуль, определяющий поведение агента. С понятием «поведение агента» связано близкое ему, хотя и не эквивалентное, понятие «актемы» — момента действия. Оно принадлежит другой компонентной теории — метастемологической актике. «Стема» и «актема» — предельные конструкты в своих теориях, граничные концептуальные объекты, сопряжённые своими протоколами в рамках метастемологической архитектуры. Один из важных архитектурных паттернов ОМА — знаниевый стек , который разводит рефлексию и метастемию по пяти уровням.

Если мы выделим некоторый метастемический контур как «сценарий», позиции на его границах или внутри можно рассматривать как «параметры». Ещё одно афористичное определение метастемии — «управление неопределённостью». «Параметр» как метастемический конструкт фиксирует идентифицируемую синтаксическую позицию и задаёт протокол её семиотической привязки, например через набор ограничений. Программисты легко узнают здесь параметр функции с именем и типом или именованный и типизированный атрибут структуры. Эта схема хорошо масштабируется. Таким образом, конструкт «параметра» стыкует синтаксическую определённость с семиотической вариативностью. Если мы концептуализируем стемические позиции в коннектоме как «параметры», мы получаем архитектуру управления неопределённостью на обоих эшелонах.

Возвращаясь к «известному». «Знание», «известное» и другие понятия из эпистемологии и гносеологии — термины бутстрапа. Этот теоретический и терминологический медиатор позволяет говорить о метастемологии в неметастемологических понятиях, сохраняя при этом управление семантическим дрейфом, проекциями и уровнем ошибки трансляции. «Исполнимое знание» проецируется на «стему» и «актему», а «известное» — на ситуацию привязки семиотического аргумента к параметрической синтаксической позиции в метастемической транзакции. «Неизвестное» — ситуация отсутствия такой привязки. Параметр введён в метастемическую модель, но его семиотическая привязка не определена. Точнее, это «неизвестное известное»: [семиотически] неопределённое определённое [синтаксическое место]. «Неизвестное неизвестное» возникает, когда параметр не введён в модель или его протокол не проходит целевые проверки качества и семиотическую привязку не удаётся эффективно определить. В других терминах бутстрапа это ситуация «мы не знаем, что мы не знаем».

Формула бутстрапа Семиозис Синтаксис Бутстрап-семантика
Известное известное Привязан Определён «Знаем об X»
Неизвестное известное Не привязан Определён «Не знаем об X»
Неизвестное неизвестное Не привязан Не определён «Не знаем, что именно мы не знаем»
Известное неизвестное Определён, не привязан Не задан или неустойчив «Не знаем, как это понимать»

Последняя строка несколько выпадает из красивой симметрии первых трёх. Так нередко бывает с результатами работы пермутативных генераторов. Думаю, многие могут вспомнить таблицы, в которых какие-нибудь сущности или качества перемножаются на плоскости, а автор непременно заполняет каждую ячейку, хотя смысл сочетаний становится всё более натянутым. Этим особенно увлекаются создатели полу-эзотерических теорий (см. например “семиотический орнамент на гранях тетраэдра” в Семантической топологии Рубанова), но и вполне мейнстримные представления, вроде матрицы Захмана, не кажутся в этом плане безупречными. Генератор нужно останавливать, когда результаты теряют релевантность, и не печалиться о недостроенности красивой схемы, которая начинает довлеть над содержанием.

Однако в нашем случае можно несколько поднатянуть семантику: “известное неизвестное” можно понять как “для наличного поля опознанных феноменов у нас нет удовлетворительного порядка интерпретации”.

Некоторые следствия для практики моделирования

Чтобы определить, какие следствия полезны для проектирования и прогнозного моделирования, нужно больше двух-трёх часов метастемологического семинара. Но некоторые возможности стоит обозначить.

  1. Применение метастемологических моделей может выровнять сборку разнородных методов внутри общего подхода. Речь как минимум об уменьшении семантического дрейфа на швах за счёт унифицирующей метастемологической метамодели.
  2. Проблема «неизвестного неизвестного» и смежные реконфигурируются как задачи управления параметрическим полем, его структурой, вариативностью, генераторами и эвалуаторами. Здесь можно попробовать существующие методы параметрического анализа. Основные изменения касаются пограничных процедур — способов определения и привязки параметров в средах, где прямая квантификация, математические и статистические подходы малополезны. В эти области, собственно, и вставляют LLM-конвейеры. Вопрос в том, чем и как их кормить и как оценивать результаты .
  3. Метастемологические интуиции в целом могут встряхнуть представление о деятельности, в данном случае о деятельности прогнозиста. Можно поймать какие-то инсайты и опробовать способы рассуждения, которые объективистские эпистемологические протоколы прежде затрудняли или блокировали. За пределами частных дисциплинарных контекстов такие протоколы теряют устойчивость, а стоимость их применения особенно сильно растёт.

Китайская гомология

Пока дискутировали, всплыла любопытная гомология с китайской философией, с её рядом предельных понятий «Хунь Дунь — Уцзи — Тайцзи». Это один из известных нам способов концептуализировать, как возникает определённость через различение. В метастемологии теория базисов описывает ту же механику в терминах европейского инженерного дискурса. В параметрическом подходе к моделированию соответствия выглядят так.

Хунь Дунь, «изначальный хаос», — «неизвестное неизвестное». Тут у нас есть только синтаксическая заглушка для того, что ещё не определено ни синтаксически, ни семиотически. В параметрическом подходе такую роль играет само понятие «параметра». Оно позволяет различать определённость и неопределённость на разных уровнях рефлексии, хотя в модели это различение ещё не проведено. Если очень осторожно, можно ещё вспомнить буддийское понятие «шуньята», «пустотность», — примерно тот же паттерн.

Уцзи, «беспредельность», — «неизвестное известное». Позиция различения определена, то есть синтаксис есть, но мы ещё ничего не различаем. Семиотический ноль в [единственном] потенциально значимом разряде. Буддийская «шунья», «пустота».

Тайцзи, «великий предел», — «известное известное». Минимальное различение, бинарная определённость в заданной синтаксической позиции. После «великого предела» генератор производит всё разнообразие семиотических аргументов и синтаксисов: «Тайцзи же порождает всю тьму вещей». В буддизме — всё многообразие дхарм.

Эти упомянутые китайские или индийские понятия нужно связывать очень осторожно, потому, как с тем количеством чрезвычайно нюансированных семантик, которые они получили за столетия их использования в мышлении, накопился огромный океан возможных интерпретаций, у философов имеется мириад возможностей развернуть полемику. В рамках метастемологического исследования интересна не эта полемика, а опорный аппарат мыщления/метастемии/концептуализации, воспроизводящий гомологичные паттерны в разных культурно-исторических средах.